Рубль — воин    0   1856  | Политэкономия финансового капитализма    1   1028  | Инновации и культура. Опыт Израиля    0   670 

«Пан-Европа». Патентованное средство для склейки Европы

Фундаментальные закономерности меняются медленно. Приведенная ниже статья вышла 92 года назад, - но ситуация в принципе осталась той же. Что после Первой Мировой, что после успешного захвата и разграбления «постсоциалистического мира» Европа находится под экономическим и политическим контролем США.

Качественное отличие заключается разве что в том, что почти век назад европейские политики при всей их буржуазности еще были способны мыслить интересами своих стран, что вынуждало их тяготиться зависимостью от заокеанского гиганта.

Сегодня же зависимость европейских «лидеров» от США носит уже не столько финансовый, сколько ментальный характер: большинство из них не способно вообразить мира вне повестки дня, задаваемой «старшим братом». Когда после незаконного захвата Ирака в 2003 году европейские лидеры оказались на грани от самостоятельности, перспектива ответственности за свои действия привела их буквально в ужас, и они в панике бросились обратно, в комфортное для них состояние полной зависимости, велеречиво назвав этот процесс «трансатлантическим ренессансом».

«Пан-Европа» уже давно реализована в виде Европейского союза [1], исключившего возможность войн между его членами, и Великобритания, лишившаяся колоний, вошла в него на долгий период. Однако метод его создания (не говоря о его существовании «в тени НАТО») привел не к возникновению нового общеевропейского суверенитета, а к менее заметному и потому менее раздражающему, но более изощренному и потому более надежному закабалению Европы Соединенными Штатами [2].

Наглость представителей США, не утруждающих себя даже простым диалогом, описанная в статье, обыденна и сейчас [3]. Разве что европейцы уже не смеют возражать США, так как могут поплатиться ограничением доступа своих корпораций на жизненно важные для них американские рынки, произвольными штрафами или персональными репрессиями в самих европейских странах.

Социал-демократы Европы, пойдя на поводу у крупного бизнеса, - как европейского, так и американского, - обрекли себя на перерождение. В первой половине 20-х годов ХХ века этот процесс начинался; сейчас их они уже не отличимы от либеральных партий, обслуживающих интересы глобального бизнеса.

Игнорирование интересов колоний (сейчас – так называемых «развивающихся стран») сохранилось в качестве фундамента общего благополучия капиталистов и социал-демократов Европы. Правда, неоколониальная эксплуатация стала разрушать бывший «третий мир», что привело к волне беженцев, создавшей критические проблемы для европейцев и отвлекшей их от ухудшения их экономического положения (в силу растущего давления со стороны США).

Отторгнутая Европой Россия (пусть уже и не большевистская) вновь вынуждена разворачиваться на Восток, который уже не «поднимается», а становится главным экономическим центром мира, - и это вновь вызывает панику эгоистичных европейских слепцов.

«Дегенерация Европы», тенденции которой ярко раскрыты в статье, была приостановлена сначала борьбой с порожденным этим процессом фашизмом, после войны реализацией принципа «ласковое теля двух маток сосет», а затем разграблением «социалистического наследства». Но исчерпание этих ресурсов форсировало деградацию, проявившуюся в беспомощности перед мигрантами, русофобии, утрате политического лица.

Без коммунистической идеи Европа не имеет перспектив. Использующий США в качестве страны базирования глобальный бизнес обрекает ее на те же экономическую деградацию и политическое вырождение, на которые Евросоюз обрек Восточную Европу.

 

ЛИТЕРАТУРА

1. М.Арах «Европейский союз. Видение политического объединения». М., «Экономика», 1998

2. М.Г.Делягин «Мировой кризис. Общая теория глобализации». М., «Инфра-М», 2003.

3. М.В.Дэвис, З.Сардар «Почему люди ненавидят Америку?» М., «Проспект», 2003.


«Пан-Европа». Патентованное средство для склейки Европы


Заатлантический гигант, быстро, как-то неожиданно окрепший и возмужавший, Новый Свет все настойчивее и грузнее наседает на одряхлевший Старый Свет, на расшатанную издерганную Европу. 20 миллиардов долларов займов и инвестиций, 60% мирового запаса золота, 55% мирового производства чугуна и стали, 41% мировой добычи угля, 71% добычи мировой нефти — вот те гири, которые американский империализм может бросить на чашу весов в его борьбе с Европой.

Германию опутал сетью Дауэс; за 110 миллионов долларов (участие Штатов в займе в 200 млн долл., согласно плану Дауэса) американский капитал купил себе право контролировать германский бюджет, государственный банк, устойчивость валюты, железные дороги, налоговую систему, — словом, по своему усмотрению распоряжаться в самых решающих областях политико-экономической жизни. За 100 миллионов моргановского займа американский империализм купил себе возможность оказывать давление на внутреннюю и внешнюю политику Франции; за уступки в урегулировании вопроса о военном займе (около 4 миллиардов долларов) он, по всей вероятности, и здесь добьется почти такого же контроля, как в Германии; это уже предусмотрено проектом Герли, этим «планом Дауэса» для Франции; за входную плату в 50 миллионов долларов американский империализм получает возможность вторгнуться в Италию; за меньшие суммы он занимает командные политические высоты в Польше, Венгрии и в некоторых окраинных странах. В менее грубых и менее явных формах он оказывает давление на Англию; здесь нажим называется американской «дружбой». Но эта «дружба» дорого, очень дорого обходится английскому империализму. Ради нее Англия первая из союзников приступила к уплате своего военного долга Штатам, закабалив себя взносами в 150—180 миллионов долларов на целых 65 лет; ради нее она на Вашингтонской конференции отказалась — вынуждена была отказаться — от первенства на море, порвала старый союз с Японией, сдала ряд важнейших дипломатических позиций на Дальнем и Ближнем Востоке, в Германии и др. европейских странах.

Капиталистическая Европа больно ощущает «филантропический» нажим Америки; заискивающе улыбаясь американскому империализму, она с сильной внутренней тревогой следит за его экспансией на европейском и азиатском континентах, на южноамериканском, где он распространяет свою власть под маской доктрины Монро и панмериканизма. И неудивительно, что европейская буржуазная мысль начинает выдвигать планы спасения Европы. Таким планом является «пан-Европа».

Его пророком является известный австрийский «сиятельный» пацифист граф Р. Н. Куденгове-Калерги. Он создал в Вене т. н. пан-европейский союз, издающий свой периодический орган и литературу; он выступает со своим планом на разных пацифистских съездах; привлекает на свою сторону соответственно настроенных буржуазных политиков (Эррио, Пенлеве, Маркс, Массарик, Зейпель) и социал-демократов (Отто Бауэр, Поллебе и др.). Союз готовится в скором времени созвать широкий пан-европейский конгресс. С этим пан-европейским планом, который в нашей печати, кажется, не освещался, стоит подробнее ознакомиться: он без сомнения весьма симптоматичен для кризиса европейского капитализма и европейской буржуазной и мелкобуржуазной мысли: он также может и должен служить одним из исходных пунктов для коммунистической пропаганды в западных странах.

Обратимся к недавно вышедшей книге Куденгове-Калерги.

Раньше всего автор рисует картину распада Европы, и нужно ему отдать справедливость — в смелых и в общем довольно верных штрихах:

«Европейская мировая гегемония навсегда обанкротилась. Когда-то Европы боялись; теперь ее жалеют… Вся в долгах, раздробленная, беспокойная, расслабленная, раздираемая национальной и социальной борьбой; тяжко пострадавшая в экономическом отношении и в смысле живой силы; в таком состоянии она идет от безутешного настоящего к неизвестному будущему».

«Как политическая категория Европа не существует. Та часть света, которая носит это название, представляет собой хаос народов и государств, пороховой погреб международных конфликтов, реторту будущих войн»…

И указывая на усовершенствования орудий истребления, в частности на удушливые газы, автор говорит:

«В будущей войне не будет разницы между фронтом и тылом. Всякий город в пределах достижения будет разрушен; всякий враг в пределах достижения будет убит… Такая истребительская война будет означать гибель Европы».

Наряду с этим надвигается угроза со стороны Америки.

«Благосостояние Америки возрастает в то время, как благосостояние Европы падает… На мировых рынках европейская индустрия не будет в состоянии выдержать конкуренцию со стороны Америки, так как она (европейская индустрия) все более дорожает вследствие внутренних пошлин, насильно и бессмысленно отрывающих сырье от фабрик, руду от угольных шахт и аграрные районы от индустриальных».

И, указывая на т. н. «пан-американизм», Куденгове-Калерги с тревогой говорит о том, что «в то время, как Европа остается раздробленной, на том берегу Атлантического океана организуется целая часть света».

Но автор видит другую опасность, в его глазах еще более грозную, — опасность со стороны Москвы. И, объятый страхом перед большевистским Востоком, он роняет свои пацифистские одежды и предстает перед нами во всей своей наготе как мелкий буржуйчик, обыватель, который истерически вопиет о том, что большевиков нужно поставить вне закона.

Автор не верит в то, что барьер окраинных государств, Польши и Румынии, может служить защитным валом против «российского нашествия по путям Аттилы и Чингис-хана».

«Начинаются гонки между Россией и Европой. Кто из них раньше оправится от разрухи, пока Европа еще имеет преимущество: ее производственный аппарат и железнодорожная сеть остались почти не повреж денными. Но зато Россия имеет преимущество политической и экономической целости, в то время как Европа разбита на две дюжины экономических районов. Удастся России путем нескольких хороших урожаев восстановить свое хозяйство, прежде чем Европа сплотится, — и судьба Европы предопределена».

Итак, Европа меж двух огней. С одной стороны, американская опасность, а с другой — русская. Что же ей остается делать?

И тут мы уже подходим к самому «пан-европейскому плану»:

«Европа должна — через столетие после Америки — провозгласить свою доктрину Монро: “Европа — для европейцев”. Пройдя через стадии пан-европейского арбитражно-гарантийного договора и таможенного союза, пан-европейское движение выльется в форму Соединенных Штатов Европы, по образцу Соединенных Штатов Америки».

В эти Соединенные Штаты графа Куденгове-Калерги будут допущены все европейские государства, за исключением большевистского СССР. Не будет там представлена и Англия, так как, занимая среднее положение между Европой и Америкой, обладая колониями вне Европы, она сама вряд ли захочет пойти туда.

Таков этот новый продукт пацифистской мысли, ее новая хартия, которая была провозглашена автором «Пан-Европы» на международном пацифистском конгрессе в Берлине. Этот описываемый Калерги кровавый хаос в Европе и надвигающийся на Европу новый, еще более страшный кровавый ураган не могут не видеть и те буржуазные политики, которые еще сохранили остатки чувства зрения, как, напр., б. премьеры Ллойд-Джордж и Нитти.

«Статистический обзор нынешних европейских армий, — пишет Ллойд-Джордж, — вызывает тревогу. Европа не учла урока войны. Она скорее сделала ложные выводы из этого несчастья… Европа теперь держит под ружьем больше людей, чем до войны… Народы копят взрывчатые вещества, усовершенствуют, увеличивают их силу; они также насыщают почву теми воспламеняющими страстями, которые и дадут взрыв. Несправедливость, обиды, заносчивость — все это, растворенное духом мести, носится над землей… Старый континент (Европа) бросает псам войны хлеб, которым он должен кормить своих детей. И наступит день, когда псы, взбесившись, бросятся на детей и разорвут их на куски».

Нитти идет дальше Ллойд-Джорджа в критике нынешнего положения вещей в Европе. Автор Версальского мира и связанных с ним договоров называет свою книгу «Европа без мира».

«Распад Европы угрожает всем… Опять во всех речах звучит ненависть… Для некоторых стран, для некоторых общественных классов война еще является коммерческим делом… Нынешние договоры угрожают гибелью победителям и побежденным. Не мир они дали Европе, а состояние войны и насилия!.. И завтра они станут страшным обвинительным актом, который сегодняшними побежденными будет предъявлен сегодняшним победителям».

Но какие же выводы он отсюда делает насчет роли Америки? Он как будто не видит действительных замыслов американского империализма в отношении Европы.

«Раньше всего, — говорит он, — я верю во влияние американской демократии. Америка весьма заинтересована в том, чтобы видеть пред собой богатую счастливую культурную Европу, которая, как и до 1914 г., управляет судьбами мира».

А в новой готовящейся к печати книге «La расе» («Мир»), отрывок из которой дан в «Neue Freie Presse» 24 мая с. г., он пишет:

«Америка, между тем, избрала наиболее логичную политику: она удалилась от Европы... Она пришла, чтобы побороть империализм, который угрожал всем. Но после войны сами победители стали на сторону национализма и империализма. Так зачем же Америке заниматься такой Европой? Она была бы заинтересована в этом, если бы Европа проводила политику мира и опять привела в порядок свою торговлю и обмен. Руководимая мудростью, Америка, послужившая решающим фактором победы, не захотела для себя ни территориальных, ни финансовых компенсаций. Она хотела только одного — получить обратно деньги, одолженные ею союзникам».

Едва ли, конечно, можно предположить, что Нитти настолько наивен, что не понимает действительной роли Соединенных Штатов в Европе! Ведь эта роль была достаточно рельефно обрисована французской и итальянской националистической печатью, когда Америка стала нажимать в вопросе о долгах. Скорее всего, заискивая и лицемеря перед Америкой, он делает хорошую мину при плохой игре. Наконец, им так же, как и Ллойд-Джорджем, руководит желание заручиться помощью Америки против Франции. Но какова бы ни была тактика итальянского пацифиста по отношению к Америке, он так же, как и К.-Калерги, видит, что буржуазная Европа катится в пропасть. Его также пугает «большевистская опасность».

«Большевистская Россия,—говорит он испуганно, — все-таки была признана всеми или почти всеми странами, несмотря на то, что ее раньше так ругали и проклинали. Стоило ей только отказать в уступках, — и она наконец победила. И теперь Россия угрожающе продвигается в Азию и Монголию; продвигается также неожиданно в Китай… Оттолкнутая Европой, она находит вновь более широкие пути… политика соглашения с Японией, выгодная для обеих стран, уже обрисовывается на горизонте». И насмерть запуганный зияющей пропастью распада Европы, с одной стороны, и грозно надвигающейся большевистской лавиной, с другой стороны, европейский обыватель Нитти вместе с Калерги задали роковой вопрос:

— Что будет завтра?

Такие же нотки мы слышим и в выступлении представителя страны, познавшей все прелести «оздоровления» путем впрыскивания американского капитала, — Австрии. На недавно состоявшемся съезде католических студентов в Кельне, б. австрийский премьер Зейпель, указывая на процесс распада Европы, заявил:

«Мы должны искать радикальных средств. Нужно образовать из государств хозяйственные объединения независимо от их политических границ».

Таким образом, перед нами не случайные выступления, не индивидуальные взгляды, а, без сомнения, определенная струя буржуазной и мелкобуржуазной политической общественности, имеющая своим истоком нынешнее мировое положение. И как это всегда бывает, и это буржуазное течение имеет свои ответвления в лагере социал-демократии.

Так, например, «Форвертс» 11 октября 1924 года в передовой Э. Прагера сочувственно передает основные мысли Куденгове-Калерги и заявляет:

«Социал-демократия с давних пор работает… над созданием предпосылок сотрудничества народов… Напомним, что на международных конгрессах социалистических партий и профсоюзов никогда не выявлялись националистические тенденции (! Удивляться не приходится: ведь это пишет «Форвертс». — М. Т.) и что здесь неоднократно и настойчиво указывались пути к умиротворению нашей части света... В этом смысле рабочее и пан-европейское движения сходятся. Оба течения могут друг друга дополнить: социализм даст пацифистской идее реальное содержание и выведет ее из сферы спекулятивной мысли в область успешной реальности».

Не будем пока вдаваться в оценку этого заявления, а лишь запишем себе тот факт, что социал-демократы солидаризируются с теорией Куденгове-Калерги. Это относится не только к официальной социал-демократии. Последний из могикан независимцев, чудаковатый старик Ледебур, впадая в пацифистское детство, пишет в «Klassenkampf» (1923) о пан-европейской идее:

«Даже теперь, когда нам приходится бороться за власть в рамках капиталистических государств, мы можем предъявлять капиталистическиорганизованным государствам Европы требование экономического объединения».

И, доказывая, что такое требование вовсе не является революционным, Ледебур спешит успокоить капиталистов:

«Такое объединение ни в коем случае не идет вразрез с системой капиталистического хозяйства. Напротив, нужда теперь уже гонит за пределы тесных национальных границ».

Но согласится ли капитализм с требованием Ледебура? Ледебур, хоть и сомневается в этом, но все же в лагере капитализма ему мерещится какой-то луч надежды.

«Впрочем, мало вероятно, чтобы расшатанная капиталистическая система Европы еще имела в себе способность такого самоисцеления. Если ей это удастся, то капитализм этим продлит себе жизнь. Это и не противоречит интересам социализма. Нормальное усовершенствование капиталистической системы открывает путь к социализму! В хозяйственно-объединенной Европе быстрее произойдет и активнее проявится международное объединение пролетариата для совместной классовой борьбы. Мы, со своей стороны, работаем таким образом для социализма тем, что толкаем (fordern) развитие европейского капитализма на более высокую ступень развития… Долг германского и французского пролетариата (это писалось в связи с рурским конфликтом. — М. Т.) — указать спасительный путь к Соединенным Штатам Европы. Не справится капиталистический класс с этой задачей, — тогда капиталистический хаос еще быстрее сменится социалистическим порядком».

Таков «лево-социалистический» вариант плана «пан-Европы».

Перед нами, таким образом, целая «теория», объединяющая буржуазных пацифистов, официально «казенных» социал-демократов и центристов, «теория», пытающаяся пустить корни и в пролетарскую среду, а потому заслуживающая особого внимания и подробного анализа.

Любопытно, прежде всего, установить отношение творцов «пан-европейской теории» к Лиге Наций.

Разочарование в нынешней Лиге Наций и никчемные туманные прожекты о каком-то новом организующем центре человечества в полной мере характеризуют беспочвенность нынешнего буржуазного пацифизма.

«Всеобъемлющая мировая Лига Наций, — жалуется Куденгове-Калерги, — о которой мечтал Вильсон, осталась утопией. Женева — это только туловище без головы. Две мировых державы отказываются от Лиги Наций: Россия и Северная Америка, а также Германия, Мексика… и ряд других мелких государств… Лига Наций охватывает только половину человечества… Не-члены Лиги столь же сильны, как ее члены. Вместо того, чтобы стать парламентом народов, Лига стала пародией на парламент (Rumpfparlament). Она не имеет права выступать от имени человечества, ибо она представляет лишь случайно сгруппированные государства, пользующиеся ею в интересах власти. Если бы только Лига Наций сделала попытку задеть интересы входящих в нее крупных мировых держав — как, например, в вопросе об Индии или Корее, то эти державы сейчас же объявили бы о своем выходе из Лиги… Женевская Лига Наций сильно скомпрометировала себя: она стала, с одной стороны, бессильным институтом, претендующим на силу, а с другой стороны, несправедливым институтом, претендующим на справедливость. Она не представляет собой ни политического, ни морального мирового авторитета».

Нельзя не признать, что критика Лиги Наций в общем довольно меткая (впрочем, едва ли много нужно ума или политической порядочности, чтобы осудить эту женевскую говорилку, этот дипломатический игорный дом, в котором подвизаются опасные политические шулеры?). Но стоит нашему филистеру перейти от критики к созданию, и получается какая-то белиберда. Ибо как иначе назвать этот «мировой ареопаг», составленный из следующих групп: 1) пан-американская, 2) пан-европейская, 3) британская, 4) русская (СССР), 5) монгольская (Китай и Япония).

Раньше всего, надо расшифровать, что такое пан-Америка? Есть две пан-Америки, и так как каждая из них исключает другую, то по существу пан-американизма, как единого цельного движения, не существует. Есть пан-американизм Соед. Штатов, можно с натяжкой говорить о пан-американизме Латинской Америки (Мексика, Центральная и Южная Америка). Первый служит прикрытием для империалистических замыслов Штатов по отношению к Латинской Америке. Такой ширмой и является Пан-Американский Союз в Вашингтоне, в котором главный тон задает секретарь государственного департамента Штатов (мининдел). Второй — питающийся идеями известного освободителя Южной Америки от испанского ига Боливара и ныне играющий жалкую роль — пытается осуществить неосуществимое — мирное сожительство волка — жадного империализма Штатов, с овечками — малыми республиками Латинской Америки в особой пан-американской Лиге Наций, в которой Штаты не пользовались бы большими правами, чем, скажем, Уругвай или Парагвай. И когда Куденгове говорит о Вашингтонском пан-американском союзе и о пан-американских конференциях, как об образце международного сотрудничества, то не знаешь, чему это приписать: полнейшему невежеству или все тому же подобострастному заискивающему лицемерию по отношению к «богатому дядюшке», которое теперь так свойственно буржуазным и соглашательским политикам.

Чтобы не быть голословными, мы приведем пару выдержек из двух американских (североамериканских) авторов. В весьма содержательном и интересном обзоре в солидном американском журнала «Atlantik Monthly» (июль 1924 г.) С. Г. Инман, публицист, на месте изучивший положение в Латинской Америке, пишет о пан-американской конференции в Сантьяго (Чили) в 1923 г., о последней из тех конференций, которые вызывают восторг наших пацифистов.

«В Сантьяго Соед. Штаты заявили Латинской Америке, что мы (т. е. Штаты) заинтересованы в торговых соглашениях, но мы не хотим иметь ничего общего с Американской Лигой Наций… что мы против реорганизации Пан-Американского Союза, добивающейся того, чтобы господство Соед. Штатов не выступало в нем так заметно».

Что же касается до терминологии Куденгове-Калерги — «мирной интервенции» Соед. Штатов в Центральной Америке, то об этом Инман говорит:

«В этих малых странах Юга, контролируемых нашими солдатами, банкирами и нефтяными королями, мы создаем свои Ирландии, Египты, Индии… Мы нагромождаем подозрения, ненависть, эксплуатацию и нарушение суверенности Южной Америки».

А вот еще один документ: книга о доктрине Монро . Отмечая тот факт, что в Вашингтоне отказали в мелкой ассигновке на пан-американский научный конгресс, автор, несколько раз путешествовавший по Латинской Америке, пишет, что этот факт служит лишним доказательством, что «наша (т. е. вашингтонская) политика — чисто эгоистическая, осуществляемая только в наших интересах и не интересующаяся поощрением международного мира. Автор далее приводит мнение дипломата в Перу, который говорит: «чтобы спасти себя от империализма янки, латинско-американские демократии почти согласились бы на союз с Германией, или на помощь оружием со стороны Штатов».

И действительно, Мексика, например, ищет поддержки у Японии против Соединенных Штатов; она оказывает широкое гостеприимство столь нетерпимым в Штатах японским эмигрантам и даже, по уверению А. Штейцмана в Archiv fur Politik und Geogeschichte, апрель с. г., имеет тайный договор о Японией, разрешающий последней высадку войск в Мексике в случае японско-американской войны.

Так обстоит дело с пан-Америкой, с пан-американским «самосознанием».

Едва ли более радужные перспективы и второй группы этих прожектируемых Соединенных Штатов Мира с объединенной, умиротворенной пан-Европой. Вся Европа, по справедливому утверждению самого Куденгове-Калерги, представляет собой «пороховой погреб». Как же может вдруг случиться, что он превратится в рай земной? Неужели одни пацифистские проповеди вызовут такую метаморфозу?

А как представляет себе наш миротворец британскую группу? Кто, например, будет говорить в «мировом ареопаге» от имени 300-миллионного народа? На сей счет, насчет колоний, мы у Куденгове-Калерги находим довольно-таки любопытные вещи. Оказывается, наш пацифист озабочен тем, чтобы за пан-Европой остались все африканские колонии, и даже предлагает какой-то товарообмен, обмен колониальных народов с Англией. Это недурно для установления мира и справедливости на земле! Стоит ли в самом деле просвещенным пан-европейцам считаться с какими-то риффами, неграми, индусами и прочей цветной расовой мелюзгой?! Тут линия Куденгове вполне совпадает с линией его поклонников из рядов германской социал-демократии, которая, как известно, тоже усиленно хлопочет о том, чтобы мировые империалисты сжалились и уступили Германии захваченные у нее во время войны колонии: разве Германия менее цивилизована, разве она не обсуждает вопроса о вступлении в Лигу Наций, которая в числе прочих целей ставит себе цель «опеки» (так и сказано в уставе) низших рас? И чем наконец германская секция II Интернационала хуже французской, спокойно содействующей эксплуатации «своих» марокканцев и их укрощению генералом Лиота?

Не стоит больше задерживаться на деталях планов рыцарей пан-Европы. Но сами эти планы все же заслуживают серьезного внимания, как барометр настроений известных слоев буржуазии, мелкобуржуазной интеллигенции и социал-соглашателей, которые видят пред собой безнадежный тупик настоящего, надвигающуюся ужаснейшую небывалую бойню в близком будущем, ищут выхода из положения в искусственных, высасываемых из пальца пацифистских схемах. Их пугает хищный американский империализм, просовывающий свои цепкие щупальца в Европу. Бороться с ним они боятся, не хотят, не умеют и не могут. И они с тревогой в душе, с живыми похвалами на устах кривляются и лицемерят перед ним, строят свои карточные домики — пан-Европа и проч. — в смешной надежде, что они будут служить им крепостями против опасного врага с Дальнего Запада. Но не меньше их пугает Восток — СССР, поднимающаяся Азия. И они загораживают свой карточный домик еще одной картой — это защита против вторжения «большевистских орд» в их пан-европейский уголок. Вот каковы те новые настроения в определенных кругах Европы, вызванные дегенерацией Европы, усилением Америки, с одной стороны, и СССР, с другой. Эти настроения, как мы видим, захватывают не только пацифистских политиков; через агентов буржуазии в рабочем классе, через социал-демократов они проникают и в рабочие ряды, где так сильна тоска по миру, по прекращению вечной грызни и вечных войн.

Нельзя проходить мимо этих новых настроений. Нужно сделать все эти жалкие пан-европейские планы исходным пунктом для борьбы за действительные Соединенные Штаты Европы. Книги, подобные «ПанЕвропе» Калерги, «Европа без мира» Нитти, «Мир ли это?» Ллойд-Джорджа, не должны быть оставлены без внимания компартиями соответствующих стран. «Идеи» этих книг подкупают отсталые широкие слои пролетариата, интеллигенции и мелкой буржуазии, критикой послеверсальской Европы завоевывают их доверие для всяких лицемерных и иллюзорных миротворческих планов объединения Европы и установления общеевропейского мира и братства при господстве капитализма. Нужно только уметь увязывать антимилитаристскую и вообще коммунистическую пропаганду с этими настроениями и выступлениями буржуазных пацифистов и их друзей из лагеря социал-демократии.

Капиталистическая Европа действительно распадается внутренними противоречиями. Европа действительно идет к новой войне, бесконечно более кровавой и разрушительной, чем война 1914—1918 гг.

Европейские народы должны объединиться; они должны создать Соединенные Штаты Европы. Но при капиталистическом строе — как бы ни изощрялся в пацифистских софизмах Ледебур — не только невозможна никакая «пан-Европа», но невозможно хоть и самое скромное координирование экономической деятельности в интересах народов. Этому с неотразимой убедительностью учит тот европейский «порядок», который наводит отчаяние и уныние на самих буржуазных политиков. Соединенными и объединенными в общеевропейском масштабе могут быть только советские социалистические штаты республики. Но такой союз европейских советских республик не может возникнуть в результате стихийной общеевропейской революции. Откладывать спасение 13. «Свободная Мысль» № 2. 194 М. ТАНИН Европы до такого момента значит самому поддаться вредным иллюзиям. Экономическое и политическое развитие каждой страны протекает в своеобразных специфических условиях. Каждая страна имеет свои сроки для революции. И раз упущенные, их трудно вернуть назад, — приходится в муках борьбы ждать их повторения. А потому Соединенные Штаты Европы могут возникнуть только в результате постепенного нарастания числа новых советских республик по мере созревания условий и их успешного использования революционным пролетариатом то в одной стране, то в другой. Но успешно использовать эти условия можно лишь в результате длительной и каждодневной революционной борьбы широких масс пролетариата, руководимых стальной революционной организацией, борющейся не на живот, а на смерть с целью насильственного разрушения капитализма и постепенного создания социалистического общества. Такая организация есть коммунистическая партия. Только коммунистическая партия каждой страны в отдельности, приспособляя свою тактику к окружающим экономическим внутренне и внешне политическим условиям, ведет борьбу за подготовку будущих Соединенных Штатов Европы, этим путем она подготовляет свержение собственной своей буржуазии. В международном масштабе эту борьбу координирует, сплачивает и организует союз коммунистических партий — Коммунистический Интернационал.

В этой формулировке, конечно, нет ничего нового. Но ее исходный пункт должен быть взят в указанных новых «пан-европейских» настроениях. Здесь, в этой точке нужно увязывать пропаганду, и тогда она будет иметь успех у широких масс отсталых рабочих и крестьян, не желающих войны мелкой буржуазии, мелкобуржуазной интеллигенции.

Хаос «стабилизованной Европы», явственная угроза войны, угрозы закабаления со стороны американского капитала, с одной стороны, колоссальная роль СССР в борьбе против этой угрозы с другой — все эти кардинальные факторы на фоне беспомощного барахтания разных спасительных схем — вот ситуация, которая может и должна быть с успехом использована для пропаганды коммунизма.

комментарии - 0
Мой комментарий
captcha