Официальные извинения    20   10453  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    137   23894  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    710   67976 

Последствия Брексита: пример Чехии и Словакии

Брексит - наиболее яркий результат обострения противоречий между сторонниками и противниками европейской интеграции. Создание прецедента выхода из Евросоюза – событие для него, несомненно, кризисное. Ян Младек – авторитетный чешский политик с опытом работы в парламенте и правительстве - заметил: «Самый главный вызов: как существовать после Брексита, как будет осуществлена процедура развода и что предпримет Брюссель для упреждения подобных демаршей. Если же говорить о дальнейшей стратегии, то в ее основе должен остаться уже проверенный принцип: терпеливое и выверенное движение вперед, без всяких скачков» [22].

В Словакии выход Соединенного Королевства из ЕС вызвал живую реакцию с самого начала этого сложного процесса. Британский референдум состоялся за неделю до начала словацкого председательства в Евросоюзе, которое пришлось на вторую половину 2016 г. и прошло под знаком Брексита. Для Словакии как страны-председателя ЕС возникла необходимость пересчитывать и переписывать ранее подготовленные стратегические документы ЕС, включая долгосрочный бюджет.

К завершению словацкого председательства, 15 декабря, был озвучен план вывода Британии из ЕС [27 C. 27 – 28]. Реакция словацкого лидера на выход из ЕС была не в пользу Британии. «Брексит должен стать болезненным не для Евросоюза, а для Британии, чтобы служить …предупреждением для остальных стран, входящих в ЕС», – заявил премьер-министр Словакии Роберт Фицо. По его словам, нельзя допустить, чтобы Лондон в переговорах о новых взаимоотношениях с Евросоюзом после Брексита извлекал для себя одни выгоды, а ЕС оставался в проигрыше. «Если Британия заинтересована в доступе на европейский рынок, то только при условии, что она сохранит те четыре свободы (перемещения товаров, лиц, услуг и капиталов), которые ныне имеет ЕС. Об этих четырех свободах Евросоюз не будет вести переговоры, в этом нельзя уступать», – заявил Фицо [8].

 

Некритичные потери

Брексит будет иметь разнообразные последствия для стран-членов. Он повлияет на экономику стран в целом и на ее отдельные сектора; на компании, имеющие экономические связи с британскими компаниями; на граждан европейских стран, проживающих в Британии, и на британцев, проживающих в странах Европы; на межстрановое сотрудничество в сфере науки и образования и проч.

Еще до референдума британская аналитическая компания Global Counsel составила список государств, по которым ударит возможный Брексит. Чехия оказалась в нем на 9-м месте. «Чешская экономика небольшая, открытая и ориентирована на экспорт. Поэтому место Чехии в этом рейтинге соответствует реальности. Чехия экспортирует в Британию продукцию машиностроения, в основном, автомобили «Шкода». На них уже падает спрос. Что касается чешского ВВП, то выход Британии из ЕС при наихудшем сценарии снизит его на 0.4%, и то не сразу» – комментирует экономист чешского банка Komerční banka Виктор Зейсель [3].

С приближением Брексита оценки его влияния на чешскую экономику становились более детальными. В 2019 г. Czech Radio отмечало, что в 2018 г. чешский экспорт в Соединенное королевство превысил 200 млрд крон (8 млрд евро) - 4% экспорта. Но товары Чехии поступает на британские острова также через Германию. А Брексит негативно отразится и на немецком экспорте. «Ощутимо уменьшится количество заказов из таких государств, как Германия», – отметила главный аналитик Торговой палаты Чехии Карина Кубелкова.

Для Словакии также важно учитывать влияние последствий Брексита для Германии. Она, будучи крупнейшим экономическим партнером Словакии, в свою очередь повлияет на нее.

По подсчетам компании Deloitte, в случае «жесткого», неурегулированного Брексита, темпы роста чешской экономики замедлятся на 0,2%, что означает сокращение ВВП на 10 млрд крон.

Из-за роста таможенных пошлин и других неожиданных препятствий возможны проблемы с доставкой товаров в обоих направлениях, – считает заместитель председателя чешской Ассоциации экспортеров Отто Данек. В группу риска входит, прежде всего, автомобилестроение, на которое приходится четверть чешского экспорта в Британию. По мнению Петра Кнапа, аналитика компании ЕY, стоит ожидать уменьшения спроса на новые автомобили: «Рынок продажи новых автомобилей на британских островах может уменьшиться на 10 – 20%. Это будет обусловлено… снижением курса фунта стерлингов, а во-вторых, замедлением экономики Соединенного королевства» [25].

Сразу после референдума по Брекситу в словацком министерстве финансов заявили, что решение о выходе Британии из ЕС может негативно сказаться на динамике ВВП страны и представили «оптимистичный», «реалистичный» и «пессимистичный» сценарии. Последние два варианта предполагали потери вплоть до 0,2 – 0,3% от ВВП Словакии в период 2016 – 2019 гг. [20]. Национальный банк Словакии представил свои данные, по которым Брексит может замедлить рост словацкой экономики в совокупности на 0,34% до 2020 г. Это означает потерю 5,3 тыс. рабочих мест и дополнительную инфляцию в 0,4 %.

Экспорт Словакии в Британию по итогам 2015 г. составил 5,5% от общего объема, а импорт – 1,6%. Брексит будет иметь лишь косвенное влияние на словацкую экономику. Неопределенность – главный риск, связанный с ним. Он будет в целом влиять на еврозону, что заметно скажется на Словакии, так как это единственная страна Вышеградской группы, отказавшаяся от национальной валюты [11].

Подготовке к последствиям Брексита и поиску возможных новых совместных проектов в сфере бизнеса и инвестиций был посвящен чешско-британский семинар в Лондоне, который провела Чешская торговая палата при поддержке Министерства иностранных дел Чехии 6 – 7 июня 2018 г. На семинаре отмечалось, что помимо торговли у Чехии с Британией развивались совместные инвестиционные проекты. Британские фирмы были в числе основных инвесторов в чешскую экономику, а чешские инвесторы вкладывали в сектора энергетики, недвижимости и финансовых услуг Соединенного Королевства. В ходе семинара были обсуждены возможные аспекты влияния Брексита на отрасли экономики и проведены деловые встречи [31].

Когда Брексит наконец состоялся, чешские аналитики прокомментировали, какие шаги удалось предпринять отечественным компаниям для смягчения его последствий. «Некоторые фирмы заморозили все свои инвестиции в Британии, часть компаний нашли для себя другие экспортные страны, так как опасались «жесткого» Брексита. Ряд фирм зарегистрировались в качестве британских производителей или открыли в Соединенном Королевстве филиалы, чтобы их не воспринимали в качестве заграничных субъектов», – комментирует Радек Шпицар, вице-президент Союза промышленности и транспорта. Чешские аналитики не исключали снижения объемов экспорта чешских товаров сразу после Брексита [7].

Из-за сложностей, которые могут возникнуть в связи с Брекситом, чешские депутаты приняли проект так называемого Lex Brexit, который в течение переходного периода до конца 2020 г. позволяет воспринимать  Британию на равных с остальными членами Евросоюза. По окончании переходного периода торговля Чехии с ней во многом будет зависеть от договора, который Чехия подпишет с Соединенным Королевством. Если вырастут таможенные пошлины, то подорожает чешская продукция, ввозимая в Британию [24].

Среди социальных последствий Брексита можно назвать и его влияние на граждан Чехии и Словакии, проживающих в Британии (как и на британцев в этих странах), а также на чешских и словацких студентов, проходящих обучение в ней. В Чешской Республике проживают восемь тысяч британских граждан. По специальному закону, принятому в январе 2019 г. правительством, Чехия гарантирует британцам сохранение прежнего статуса до конца 2020 г. «В течение этого времени граждане Соединенного Королевства могут пользоваться теми же правами, что и раньше. Это касается предоставления вида на жительство, заключения брака, подачи заявления о получении чешского гражданства, получения медицинской страховки и разрешения на работу, признания квалификации», – сообщил глава чешского МВД Ян Гамачек. По данным министра труда, в Чехии в 2019 г. было трудоустроено примерно 4 тысячи подданных Британии. В основном они работают в топ-менеджменте крупных компаний, и их уход может неблагоприятно отразиться на рабочем процессе.

Непринятие подобного закона могло бы негативным образом сказаться на жизненных условиях 40 тысяч чехов, проживающих в настоящее время в Британии, – уверены чешские политики. Многое будет зависеть от действий последней: парламент Чехии намерен использовать этот рычаг в интересах своих граждан и, по-видимому, будет вводить зеркальные с британцами меры.

«Жесткий» Брексит может коснуться и чешских студентов, которые учатся в британских университетах, хотя, по мнению Министерства образования Чехии, те из них, которые поступили осенью 2019 г., должны оставаться там на тех же условиях, что и до Брексита. По программе Евросоюза Erasmus+ в Соединенное Королевство ежегодно выезжает около 600 студентов из Чехии. Еще 500 молодых людей учатся на постоянной основе в британских университетах. Британия – вторая по популярности страна для обучения за рубежом, и 15% всех чехов, которые учатся за границей, выбирают именно Туманный Альбион [26; 2].

Словаки, проживающие в Соединенном Королевстве (их около 100 тыс. человек), должны до 30.06.2021 зарегистрироваться по новой «брекситной» схеме, касающейся граждан стран Евросоюза. Это гарантирует им все существующие права граждан ЕС и в то же время не ограничивает их право на возвращение в Словакию, переезд в другую страну и сохраняет их словацкое гражданство. Британское правительство пообещало, что для студентов из ЕС, начинающих обучение в 2020/2021 учебном году, плата и финансовая помощь останутся без изменений [30].

Выход Британии из ЕС может изменить взаимоотношения между группировками стран внутри Евросоюза. Соединенное Королевство выполняло роль баланса, не позволявшего Германии выдвинуться в геополитические лидеры. Теперь ситуация может измениться. Страны Восточной Европы опасаются сильной Германии. Кроме того, США и Британия оказывали дипломатическую поддержку политическим и экономическим аспирациям восточноевропейских стран. Благодаря этому голос Польши, Словакии или Чехии звучал на европейской сцене громче. Динамика отношений европейских «легковесов» с «тяжеловесами» (Германия, Франция, Италия) сохранялась благодаря американцам и британцам. Теперь «вышеградцы» боятся снижения этой динамики [4]. Ян Младек отметил: «Конкретно для Чехии последствия Брексита не означают ничего хорошего. Когда мы хотели чего-то добиться в рамках Союза, то использовали обычно два подхода. Или обращались за поддержкой к группе стран Вышеграда или к группе стран, которые не входили в зону евро, но имели общие с нами интересы, например, в области ядерной энергетики, свободной торговли. Эту вторую неформальную группу, безусловно, возглавляла Британия» [22].

 

Серьезные угрозы и риски

На сайте Министерства иностранных и европейских дел Словакии в разделе «Брексит» приведена любопытная оценка этого события в экономическом плане. «На долю Британии приходилось около 13% населения ЕС и 13,5% его ВВП (по ППС). Эта потеря не является катастрофической для ЕС. Например, постсоциалистические государства, которые вступили в ЕС в 2004 – 2013 гг., вместе взятые сегодня имеют более высокий ВВП (по ППС)…» [30].

Неправомерность такого сравнения очевидна. Во-первых, одна страна сравнивается с одиннадцатью вместе взятыми, а во-вторых, и это главное, Британия была чистым донором Евросоюза, а постсоциалистические страны – главные реципиенты помощи из структурных фондов ЕС, прежде всего из Фонда сплоченности. Уменьшение взносов в этот фонд вследствие Брексита скажется на их бюджетах. По словам сотрудника словацкого ведомства, курирующего инвестиции и процессы информатизации, главным опасением Братиславы при разработке и формировании новой оперативной программы в ЕС на 2021 – 2027 гг. является возможность заметного сокращения средств Европейского Союза. Брексит заметно понизит экономические показатели практически всех стран ЕС. В 2007 – 2013 гг. Словакия использовала более 11 млрд евро, выделенных по линии структурных фондов ЕС. К каждому евро, выделенному из бюджета страны на тот или иной проект, было добавлено 4 «европейских» евро, что является весьма ощутимой помощью для не самой богатой страны ЕС. Около 97% финансовых средств удалось использовать для развития государственной инфраструктуры [10].

Опасения словацкого чиновника оправдались при обсуждении нового семилетнего бюджета ЕС. В Евросоюзе существует группа «Друзей политики сплоченности» – неформальная организация, созданная в 2012 г. и объединяющая наименее развитые страны ЕС, в основном из Центральной и Восточной Европы. Она выступает против сокращения Брюсселем затрат на «политику сплоченности», на ее саммитах разрабатываются меры для совместного противостояния таким планам Брюсселя. 1 февраля 2020 г. на саммите в Португалии участники группы подписали декларацию, в которой угрожали заблокировать переговоры о будущем бюджете, если параметры Фонда сплоченности будут пересмотрены. «Ни одно государство-член не должно пострадать от резкого и непропорционального сокращения средств Фонда сплоченности», – говорится в ней [29].

Обострившиеся противоречия проявились три недели спустя на экстренном саммите ЕС по вопросу новой семилетней финансовой перспективы, который не принес ничего, кроме скандалов и был остановлен из-за разногласий участников.

«Старая Европа» намерена сокращать свои перечисления в Брюссель, так как бюджет ЕС из-за Брексита уменьшается на 75 миллиардов евро. Денег на дотации странам Восточной Европы не остается. Группа «друзей сплоченности» призвала богатых соседей по общему европейскому дому увеличить на треть ежегодные взносы в бюджет ЕС, чтобы компенсировать выпадающие из-за Брексита доходы и сохранить на следующие семь лет все действующие фонды, проекты и выплаты.

Германия, Австрия, Швеция, Дания и Нидерланды в противовес «друзьям сплоченности» образовали неформальную «экономную пятерку» стран, выступающих за сокращение нового семилетнего бюджета ЕС. Канцлер Австрии Себастьян Курц подчеркнул, что для его страны неприемлемо отдавать в бюджет ЕС более 1% валового национального дохода (ВНД). Сейчас страны ЕС перечисляют в Брюссель 1,067% ВНД, страны-доноры намерены эту долю уменьшить, а «друзья сплоченности» предлагают увеличить ее до 1,3% ВНД. Экономить предлагается на «европейской солидарности» – политике сплоченности. «Экономная пятерка» фактически лоббирует «Европу двух скоростей» – форсированное развитие «ядра» Евросоюза без оглядки на периферию [14]. Возвращаясь к оценке Брексита на сайте Министерства иностранных и европейских дел Словакии как «некатастрофической потери», можно отметить, что февральские события в Евросоюзе, последовавшие за Брекситом, убедительно доказывают обратное.

Еще одна цитата с этого сайта: «Как и любая ситуация, Брексит имеет не только негативные последствия, но и открывает новые возможности, например, увеличение притока иностранных инвестиций за счет компаний, которые будут заинтересованы в перемещении своей деятельности в континентальную Европу» [30]. Словакия получила крупную британскую инвестицию, но не из-за Брексита – договоренности по ней были заключены за полгода до референдума. В декабре 2015 г. британская автомобилестроительная компания Jaguar Land Rover, принадлежащая индийскому концерну Tata Motors, подписала соглашение с правительством Словакии о строительстве завода в городе Нитра на западе страны стоимостью 1,4 млрд евро. Для Словакии это одна из самых крупных зарубежных инвестиций с момента получения независимости, а для британского концерна – важный шаг в рамках стратегии глобального расширения бизнеса. Производственную площадку компания Jaguar Land Rover присматривала в Чехии, Венгрии, Польше, США и Мексике. Окончательный выбор был сделан после того, как правительство Словакии изменило законодательство, смягчив условия для инвесторов.

После референдума по Брекситу компания Jaguar Land Rover подтвердила свои намерения и в сентябре 2016 г. начала строительство завода, открытие которого состоялось в октябре 2018 г. Заявленная производственная мощность завода – 150 тыс. автомобилей в год, штат будет состоять из 2800 сотрудников [33; 34].

Прогнозировать приток иностранных инвестиций вследствие Брексита, о котором говорится на сайте МИД Словакии, сейчас невозможно. Пока эксперты не готовы сказать, что Брексит окажет существенное влияние на инвестиции в долгосрочной перспективе. Но уже имеются оценки динамики некоторых отраслей. Чехию и Словакию как крупных производителей автомобилей интересуют, прежде всего, тенденции в этой отрасли. Европейская ассоциация автопроизводителей и еще 22 национальных объединения предупредили о серьезных потрясениях для отрасли в случае выхода Британии из ЕС без сделки. Автомобильные компании уверены, что если Брексит пройдет без заключения компромиссного соглашения, как планируется сейчас, то рынок ждет катастрофа, которая отразится сначала на европейских покупателях, а затем и на всех остальных. Все начнется с более суровых коммерческих условий ведения бизнеса с Британией и многомиллиардных налогов. Налаженная бесперебойная торговля автомобилями и запчастями будет разрушена. «Необходимо предотвратить Брексит без сделки», – подчеркнул Бернард Маттес, президент ассоциации автопроизводителей Германии.

По предварительным подсчетам, «жесткий» Брексит приведет к тому, что автопроизводители потеряют на таможне около 5,7 миллиардов евро. Заводы по выпуску машин находятся по обе стороны Ла-Манша, и компании уже начали заявлять о намерении закрыть производственные площадки в связи с планом Британии выйти из ЕС без соглашения [1].

Сумеет ли она до конца 2020 г. заключить соглашение с ЕС о торговле, пока неизвестно. «Словакия всегда придерживалась вариантов, которые могли бы отсрочить выход Британии из ЕС или исключить реализацию этого плана, – отметил премьер-министр республики Петер Пеллегрини. – Брексит не в интересах Евросоюза и, в частности, Словакии, а уж тем более Брексит без соглашения» [21]. Негативное влияние готовящегося Брексита на взаимную торговлю между странами начало прослеживаться после референдума. С 2016 г. по 2018 г. Соединенное Королевство переместилось с третьего на пятое место среди стран-партнеров Чехии по экспорту и с пятого на восьмое место среди стран-партнеров Словакии. Ее доля в чешском экспорте упала с 5,04% до 4,6%, в словацком экспорте – с 6,04% до 4,33% [32].

 

Дурной пример заразителен?

Согласно опросу Евробарометра, 75% словаков в 2016 г. были довольны своим положением в ЕС, а поэтому серьезного роста евроскептицизма в случае выхода Британии там не ожидалось. По другим данным, выйти из Европейского союза на тот момент хотели только 22,6% словаков, что вполне коррелирует с результатом опроса Евробарометра [15; 11Но, в стране существует политическая сила, выступающая против членства Словакии в ЕС. Национальная и радикальная парламентская партия «Котлеба. Народная партия – Наша Словакия» объявила сбор подписей под петициями о проведении референдумов о выходе Словакии из ЕС и НАТО. В петиции указывается, что членство в ЕС ограничивает суверенитет Словацкой Республики, наносит ущерб ее национальным интересам [28, С. 66].

Лидер Народной партии Мариан Котлеба через два дня после референдума по Брекситу заявил: «Граждане Британии решили отказаться от диктата Брюсселя. Это отличное время для того, чтобы и Словакия покинула европейский «Титаник», идущий ко дну. Поэтому мы начнем выполнять еще одно избирательное обещание – собирать подписи за референдум о выходе Словакии из ЕС» [12].

Итоги британского референдума вдохновили и других евроскептиков в Словакии. Выход из ЕС в том или ином виде поддержали три партии словацкого парламента: кроме ультраправой Народной партии, партии «Мы – семья» и «Свобода и солидарность». Вместе они имеют в парламенте 43 места из 150. И, хотя идея «развода» с Евросоюзом продвигалась оппозиционными парламентскими партиями, она находила все большую поддержку населения. В 2017 г. заместитель председателя Народной партии  Милан Угрик заявил, что жители страны активно поддержали их инициативу, и половина необходимых для плебисцита подписей уже есть. (По конституции Словакии для проведения народного голосования требуется собрать 350 тыс. подписей.)

По словам политика, ЕС изначально сосредотачивался на взаимовыгодном экономическом сотрудничестве европейских стран, но позже организация трансформировалась в централизованную структуру, которая, угрожая санкциями, давит на своих членов. В руководящих органах ЕС Словакия имеет слишком маленькое представительство для того, чтобы влиять на решения организации. Страна вынуждена приспосабливаться к чужому законодательству, которое часто наносит ущерб ее национальным интересам [9].

Причины, по которым Словакия могла бы покинуть ряды ЕС, отличаются от тех, что сыграли ключевую роль во время голосования в Британии. Если в Соединённом Королевстве тема иммиграции стала центральной, то для Братиславы камнем преткновения является греческий долговой кризис. Словакия, как и Греция, входит в еврозону, а поскольку последняя, как многие уверены, рано или поздно станет банкротом, то кризисной волной будут затронуты все члены зоны евро [18].

Словакия неоднократно была единственной страной еврозоны, которая сопротивлялась решениям ЕС выделять финансовую помощь Греции. 12 августа 2010 г. словацкий парламент сэкономил своей стране 816 млн евро, отказавшись помогать Греции наравне с остальными государствами еврозоны. В Брюсселе простили словакам эту выходку: потеря 816 млн евро на фоне обещанных Афинам 110 млрд евро (объем Европейского плана помощи) не выглядела фатально. Все свелось к короткому заявлению комиссара по финансам Олли Рена, который выразил сожаление о некрасивом и несолидарном поведении Братиславы [19].

В декабре 2010 г. спикер парламента и лидер входящей в правящую коалицию партии «Свобода и солидарность» Рихард Сулик в статье всерьез рассуждал о возможности выхода своей страны из еврозоны. Сулика возмутило именно то, что попавшей в тяжелое положение Греции нужно помогать из общей казны, хотя та же Словакия не имела никакого отношения к тому, что греческая экономика пришла в упадок. Возмущение Сулика можно понять: ВВП на душу населения в Словакии меньше, чем в Греции, и более бедный вынужден был спасать более богатого. В 2011 г. парламент Словакии первоначально высказался против плана по расширению полномочий Европейского фонда финансовой стабильности, которое ускорило бы выделение грекам денег. Попутно была отправлена в отставку премьер Ивета Радичова: она согласилась на участие Словакии в спасении греческой экономики и этим подписала своему кабинету смертный приговор. Пакет мер, необходимых для выделения помощи Греции, парламент Словакии принял со второго раза [23].

В 2015 г. Словакия опять стала единственной страной еврозоны, которая категорически отказалась участвовать в дальнейшем спасении греческой экономики. «Мы будем приветствовать любую реструктуризацию греческих долгов, которая не затронет наши финансы, – заявил премьер-министр Роберт Фицо. – Но пусть никто не просит словаков, получающих зарплаты размером в 550 − 600 евро и пенсии в 250 − 300 евро, чтобы они скинулись и послали Греции 1 миллиард евро». По данным правительства, именно 1,1 млрд евро является той суммой, которую переговорщики в Брюсселе в любой момент могли потребовать от Словакии для предоставления новых займов Афинам [13].

После референдума по Брекситу эта болевая точка с греческим долгом вспомнилась словакам как повод для выхода из ЕС. О проведении своего референдума по примеру британского задумались и в Чехии. Через неделю после референдума по Брекситу чешский президент Милош Земан призвал провести в стране референдум о членстве Чехии в Евросоюзе и НАТО, отметив, что проголосовал бы против выхода страны из обеих организаций. У Земана нет полномочий для проведения референдума. Кроме того, любой референдум по отношениям с ЕС потребует внесения изменений в конституцию, которые могут быть одобрены, только если за них проголосуют больше 60% депутатов в обеих палатах чешского парламента. В мае небольшая оппозиционная чешская партия «Заря» уже пыталась предложить провести референдум о членстве в ЕС, но не набрала голосов для своей инициативы. Евросоюз критикуют коммунисты, имеющие третью по численности фракцию в парламенте, а также некоторые члены консервативной Гражданской демократической партии. В апреле 2016 г., деятельность Евросоюза одобряли 25% чехов по сравнению с 32% годом ранее [17].

Через год Земан вновь высказался за проведение референдума: «Должны решать граждане. Выход Чехии из ЕС теоретически и практически возможен, если будет принят закон о референдуме, внесенный в парламент. Я сторонник прямой демократии, сторонник референдума, я бы этот референдум (о выходе из Евросоюза) поддержал, но сам голосовал «против» [5]. В первой половине 2019 г. согласно опросу «Median», осуществленного по заказу «Чешского Радио», позитивно членство своей страны в ЕС оценивает более 60% респондентов, по данным агентств «Behavio», STEM и «Europeum» – 56% [16].

***

Ожидаемые издержки Брексита, вызывающие беспокойство у Чехии и Словакии, – это потеря части поступлений из еврофондов и серьезные риски для бизнеса в случае «жесткого» Брексита. Выход Британии из ЕС изменил расстановку сил – страны Восточной Европы лишились в ее лице близкой союзницы. Референдум по Брекситу всколыхнул евроскептические настроения, особенно в Словакии, где он был воспринят в качестве примера для подражания. Но обе страны не могут угрожать выходом из ЕС: опросы населения показывают, что большинство жителей выступает за членство своей страны в Евросоюзе.

комментарии - 0
Мой комментарий
captcha